– Двух парней в нижней части города. Мелкий наркоторговец огрел соседа бейсбольной битой, потом набросился на женщину и копа, который его и прикончил.
Рорк поднял бровь. Упомянутое происшествие было довольно заурядным, и он не понимал, почему в глазах Евы столько беспокойства.
– Едва ли эта история могла задержать тебя допоздна.
– Копом был Трухарт.
– Ага! – Рорк положил руки ей на плечи. – Ну, и как он после этого?
Ева покачала головой и шагнула назад.
– Паршиво. Парень, можно сказать, лишился девственности.
Рорк погладил толстого кота, растянувшегося на консоли, затем слегка отодвинул его в сторону.
– Интересная метафора.
– Некоторым копам за всю жизнь не приходится никого убивать. А тут парень носит униформу меньше года – и на тебе! Для него это все меняет.
– А для тебя тоже все изменилось, когда тебе впервые пришлось убить кого-то, находясь на службе?
Они оба знали, что Ева убила человека задолго до того, как получила значок. Она часто спрашивала себя, насколько это повлияло на ее отношение к смерти вообще. Не потому ли она воспринимает смерть, как личное оскорбление?
– Я – другое дело. Трухарту всего двадцать два года – он еще… не привык к такому. – Жалость душила Еву. Она присела на корточки, рассеянно почесывая шею Галахада. – Этой ночью парень наверняка не сможет заснуть – будет снова и снова проворачивать в голове то, что произошло, думать, мог ли он поступить иначе. А завтра… – Ева выпрямилась и закрыла лицо руками. – Я не могу помешать тестированию.
Она знала, что это такое. К раздетому догола человеку присоединяют мониторы, залезая к нему в голову, словно опухоль.
– Ты боишься, что он не выдержит?
Обернувшись, Ева взяла у Рорка бокал вина.
– Трухарт крепче, чем кажется, но он смертельно напуган, и считает себя виноватым. Сомнения и чувство вины могут утопить кого угодно во время тестирования. А если это случится, БВД начнет расследование.