Она на мгновение нахмурилась, потом в ее удивительных фиалковых глазах с проблеском синевы Брэндон увидел понимание. Она кивнула, спокойно, без тени раскаяния.

– Из-за вашего брата.

– Да.

– Надеюсь, он здоров.

– Несколько дней назад он уехал из Лондона и пока не вернулся. Но об этом, надеюсь, вы знаете.

– Я ни о чем подобном не знаю, я ему не сторож. – Она поколебалась и, чуть подумав, добавила: – Как и вы, впрочем.

Брэндон прищурился. Неужели эта женщина осуждает его? Взглянув еще раз в ее фиалковые глаза, он понял, что так оно и есть. Раздражение сменилось гневом, и он смерил леди Уэстфорт ледяным взглядом.

– Отношения, которые связывают меня с моими родными, вас не касаются.

Это должно было бы поставить ее на место, но она, в свою очередь, тоже прищурилась:

– Точно так же, как отношения, которые связывают меня с вашими родными, не касаются вас.

Он стиснул зубы.

– Разница есть. Все, что имеет отношение к моему брату, имеет непосредственное отношение и ко мне.

– Мистер Сент-Джон, давайте перейдем к делу. У меня ужасный характер, и мне не хотелось бы награждать пощечиной столь высокородную особу.

Он поднял брови:

– Высокородную особу?

– Одного из Сент-Джонов. Общество ставит ваше семейство выше всех нас. – В ее голосе прозвучал легкий оттенок презрения, тонкий, но убийственный. – Мне бы не хотелось идти наперекор обществу.

– Неужели? – растянул он в улыбке губы. – У меня сложилось совсем иное впечатление.

– Вы весьма проницательны. Я ни во что не ставлю ни титулы, ни происхождение.

– Только деньги, – быстро произнес он.

Она вздернула подбородок:

– Деньги доставляют мне удовольствие. А кому нет? Без них жизнь была бы ужасно скучной. Но они для меня не самоцель. И не влияют на мою дружбу с вашим братом.

– Какова же ваша главная цель, леди Уэстфорт? Брак?