Они оба замолчали, рассматривая друг друга. Словно чужие. Впрочем, чужими они и были.

— Ты собираешься покатать меня? Это станет твоим подарком? — Олег отрицательно покачал головой. — Ты привез из Москвы пятьсот эскимо? — тонкие ухоженные брови девушки насмешливо взлетели вверх.

— Не совсем.

— Я заинтригована.

Без приключений, добравшись из северной части города в центр, машина въехала во двор пятиэтажной "сталинки".

Искомый дом нависал над одним из трех многолюдных городских перекрестков. Внутренний дворик дома был тусклым, наглядно отражая все пятьдесят лет, истекших со дня закладки фундамента. Ветер и дожди милосердно оставили тусклые изображения грибков, цветных колец и зайчиков на турниках детской площадки. У беседок из белого кирпича провалилась крыша, пол её щедро усыпало битым стеклом. Но самое неприятное впечатление оставляли детские поломанные качели, перевернутые горки.

Лена вопросительно посмотрела на мужчину:

— Мы будет гулять здесь? — Спросила она, как можно с большей иронией.

— Нет, конечно, — в тон ответил Олег. — Мы поднимемся по лестнице вон в том подъезде. Подарок ждёт тебя на верху.

Подъезд был чистым, но очень старым и темным. Широкие и пологие лестничные пролеты, под высокими потолками, с непривычки немного давили на психику. От ступенек приятно веяло прохладой.

— Нам на пятый этаж, — сказал Олег.

Его длинные ноги легко подбрасывали тело от ступеньки к ступеньке. Элегантные кожаные туфли, едва касаясь кафеля, не издавали почти ни звука. В темноте подъезда звуки словно утопали в толще стен. Площадка, на которой остановились Олег с Леной, была последней. И особенно мрачной. Возможно потому, что лестница продолжала подниматься вверх, утопая в темноте, сгустившейся на чердаке.