Чудовища из снов постепенно исчезали в облаках пара, пока ничего не осталось.

Ни пещеры, ни воплей.

Ничего, кроме них двоих и ее внезапной внутренней потребности ощутить его еще ближе.

Закрыв глаза, Эрин вдыхала теплый, мужественный аромат кожи Вэйдана. Он со страстью прижался к ее рту, его язык прикоснулся к ее языку, а зубы мягко прикусили ей губы.

Теперь это было мечтой.

Он стал мечтой.

Прекрасный, блаженный момент стоил того, чтобы им насладиться.

Она услышала его по-звериному грубый рык, когда он, проведя губами по подбородку, прижал их к ее горлу. Облизывая. Дразня. Возбуждая.

Каждое нервное окончание ее тела вспыхивало от его прикосновения. Она горела для него.

Груди Эрин набухли, желая ощутить ласки его языка на упругих вершинках, пока его руки обнимают ее. Сокровенная часть тела мучительно пульсировала, требуя удовлетворения.

Подняв голову, он сверху вниз пристально разглядывал ее, и местность вокруг них тут же окончательно сформировалась. Они вдвоем стояли на открытом, залитом сияющим лунным светом холмике.

Умиротворенность момента успокаивала. Она ощущала запах влажной хвои вокруг них, слышала журчание находящегося поблизости водопада.

Их одежда растворилась, когда он уложил ее землю, которая, что удивительно, не была твердой. Мох под нею был мягче облака и резко контрастировал с придавившим ее твердым мускулистым телом.

Этот сон нравился ей гораздо, гораздо больше.

— Ты великолепен, — прошептала она, разглядывая его гладкие длинные темные волосы, которые, ниспадая, обрамляли его лицо. Тело воина было поджарым, прекрасно сложенным и безупречным. Никогда еще она не видела более красивого мужчину.

Эрин подняла руки, и погладила резкие дуги бровей над серебристо-синими глазами, цвет которых был настолько насыщенным, что перехватывало дыхание.