Он сделал большой глоток колы.
Марси хихикнула:
– И что, ты собираешься расспрашивать моих знакомых про драконов?
– Да нет! – ответил Кейт. Он почувствовал, что обрел благодарного слушателя, и завелся. Широко улыбаясь, он продолжал: – О том, что называется «человеком естественным». Я прочел твой реферат, и довольно внимательно. Я правильно понял, что твои объекты исследования – не пигмеи?
– Правильно.
– Они индоевропейцы?
Марси призадумалась, но, видимо, решила, что это не столь важно.
– Да.
– Класс! Видишь ли, сам я ирландец.
Марси окинула ироническим взглядом его ореховые глаза и рыжую шевелюру.
– А то бы я не догадалась!
Однако язык у этого парня подвешен неплохо... Есть в нем все-таки что-то привлекательное. Сразу видно, что он интеллектуал, а не спортсмен. Красивым его не назовешь – в представлении Марси симпатичным мог считаться только мужчина с квадратной челюстью и атлетической мускулистой фигурой, а не жилистый парнишка с тонкими нервными пальцами. Однако он, пожалуй, славный... Наверно, с ним довольно приятно общаться. Кейт не из тех парней, что ей нравятся, однако же и не из тех, что ей не нравятся.
– Ехидство – не аргумент, бэби! – сказал Кейт. Его рыжеватые брови так и прыгали. – Мне нужны сведения о Маленьком народце. О тех, кого еще называли Дивным народом. Я хочу понять, куда они делись, когда исчезли с лица земли. Если они вообще исчезли. В одной из легенд говорится, что все ирландцы в родстве с Дивным народом. Ты можешь подумать, что меня просто интересует история семьи Дойлей. Но это не так. Я хочу знать, что с ними стало. Что они, вымерли? Ушли под землю? В холмы?