Тело Монти — настоящая симфония играющих мускулов, которым позавидовала бы греческая статуя. Его ноги кажутся отлитыми из бронзы, на руках бугрятся мышцы. Ощущение, которое возникло у Эммы от вида его коротких черных плавок, заставило ее покраснеть. Неожиданно у нее перехватило дыхание.

Монти так красив! Единственный недостаток — длинный рубец, который тянется вдоль ребер. Неужели шрам от удара ножом? В этот момент Монти, поморщившись, приложил руку к шраму.

Уилл немедленно прекратил борьбу.

— Он до сих пор беспокоит тебя? — озабоченно спросил доктор.

Монти пожал плечами и медленно выпрямился.

— Иногда.

— Нужно периодически делать массаж. Возможно, в тканях накапливается кальций.

Монти кивнул.

— Если бы не это, ты бы уже барахтался вводе.

Уилл усмехнулся и повернулся к Эмме.

— Как трогательно, что он так защищает принца! Боюсь, у меня более реалистичный взгляд на вещи.

— Ты легко отделался, — заявил Себастьян.

— Ладно, сдаюсь. Оставим принца в покое. Мне нужно закончить разговор с молодой леди.

Эмма облегченно вздохнула, когда Уилл с опаской обошел Монти и улыбнулся ей. Врач вызывал у нее доверие, в то время как Монти пробуждал тревожное чувство неловкости.

Казалось, ничто не может скрыться от пронизывающего взгляда его карих глаз. Полные, красиво очерченные губы кривятся в пренебрежительной усмешке. Эмма поняла, что Монти напоминает ей необъезженного жеребца — красивого, но опасного.

— Ну, что же, Эмма, ваши жизненные показатели в норме. На голове у вас шишка, вероятно, от удара об пол. Я также подозреваю легкое сотрясение мозга. В течение следующих двадцати четырех часов вам нужно находиться под наблюдением.

Она кивнула.

— Ваша сонливость немного беспокоит меня. Прежде чем поставить диагноз, я всегда интересуюсь, что думает пациент или пациентка о причине своей болезни. Чем, по-вашему, вызвана сонливость?