Эмма пожала плечами.

— Переутомлением, наверное. Недосыпанием. Стрессом.

Врач нахмурился.

— Ваша работа вызывает такой сильный стресс?

Интересный вопрос. С тех пор как ей предложили этот контракт, она одержима желанием превзойти себя, чтобы не уронить репутацию семейного ресторана и — самое главное — заслужить уважение отца.

Есть и другие причины. Лето выдалось тяжелое, потому что в июне умер ее любимый дедушка. Из-за напряженных отношений с отцом и матерью Эмма привязалась к старику, который платил ей любовью за любовь.

Но Эмма не могла рассказать Уиллу все это.

— Да. Я уже несколько недель засиживаюсь допоздна. Весь день работаю шеф-поваром в лондонском ресторане, потом учусь. Когда я ложусь спать, мое сердце похоже на белку, которая бежит по своему колесу все быстрее и быстрее. Кажется, я уже не смогу сбавить темп жизни.

— И чем сильнее вы устаете, тем меньше спите.

— Похоже, что так.

— Однако вы без труда уснули на жестком кафельном полу.

Эмма наморщила нос и задумалась.

— Это было приятно. Словно, закрыв глаза, я отдыхаю от жизни. — Она слабо улыбнулась. — Я даже подумала, что было бы неплохо ненадолго уснуть летаргическим сном.

Уилл покачал головой.

— А вот это вам ни к чему.

Он прав. Ей нужно вернуться к реальности. Собравшись с силами, Эмма села.

— Эй, не так резко, — сказал Монти и протянул руку, чтобы поддержать ее.

И снова Эмма почувствовала покалывание кожи, от которого у нее едва не вырвался томный вздох. У этого мужчины волшебные руки. Они вызывают искушение прильнуть к его груди в ожидании большего. Эмма быстро одернула себя, надеясь, что он не заметил ее неуместную реакцию на его прикосновение.

— Поверьте, я прекрасно себя чувствую. — Эмма посмотрела Монти в лицо и быстро отвела глаза. — У меня лишь… лишь небольшая слабость.