– Не обращайте внимания на мои слова, - торопливо проговорила Смизи. - Если мистер Моллинсон говорит, что вы можете носить брюки, носите. Ему не понравится, если он узнает, что я говорила вам, как себя вести.

Она толкнула одну из дверей и ввела Энн в маленькую спальню, выходящую окнами в сад. Так как это был второй этаж, то из окон открывался изумительный вид на Пустошь, начинавшуюся сразу за изгородью.

– Как красиво! - воскликнула Энн. - Действительно, ощущение, будто живешь в деревне.

– А что я вам говорила! - Маленькая экономка, продолжая говорить, куда-то исчезла и вернулась с полотенцем в одной руке и куском мыла в другой. - Вот. Это для вас. А спальней этой можете пользоваться, пока вы здесь работаете.

– А мистер Моллинсон не будет против?

– Только не он. У нас на этом этаже еще три комнаты, а наверху мои. - Смизи положила полотенце на кровать. - Теперь я вас оставляю. Дорогу вниз вы сможете найти сами.

Возвращаясь в гостиную после того, как она причесалась и подкрасила губы помадой, соответствующей ее цветастому платью, Энн знала, что выглядит прекрасно. Она потратила времени больше, чем обычно, на причесывание: зачесала волосы назад в манере девушки, которая хочет, чтобы ее ценили на работе. А то, что такая прическа делала ее еще моложе на вид, было незапланировано, но доставило ей удовольствие. Пока она не определит, какой тип женщин нравится Полу Моллинсону, она будет разыгрывать девочку-простушку. Время продемонстрировать изысканность еще настанет.

Когда она вошла. Пол Моллинсон снова сидел за столом и махнул ей рукой в, сторону маленького столика рядом, на котором стояла пишущая машинка и пачка бумаги. Он ничего не сказал о ее внешности, хотя она знала, что он наблюдает, как она усаживается, снимает чехол с машинки и готовится к его диктовке.

– Насколько я понял, вы никогда раньше не работали на драматурга.

– Боюсь, что нет.

– Тогда посмотрите на уже напечатанные листы перед вами. По ним вы увидите, как располагать текст пьесы.