– Ты отличный парень, старшина, – улыбнулся Малдун.

– Клянусь задницей, что так оно и есть. Я всегда забочусь о своих ребятах. – Он закинул руку Малдуна себе на плечи. – Правая нога, угадал?

– Все в порядке. – Лейтенант хотел было отказаться от помощи, но сразу же почувствовал, что, опираясь на старшину, он стал передвигаться гораздо быстрей. А чем быстрей будет двигаться, тем скорее вся его команда сможет попасть туда, где они будут в безопасности. Группа «морских котиков» не могла перемещаться быстрей самого медленного ее члена, каковым сейчас оказался сам Малдун, сознание этого окончательно лишало его сил.

Ничего не в порядке. Ты только что сказал: «Дерьмо», заметил Непредсказуемый. – Ты в команде номер шестнадцать уже почти два года, и впервые за все это время произнес неприличное слово. Причем, как мне покачалось, оно было четырехкратным: дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо. Так что с тобой стряслось? Лодыжка?

– Колено.

– Вывих?

– Нет. Сам не знаю. Я упал на него и… Все будет хорошо.

– Болит, сука, чтоб его!.. Да?

– Со мной все в порядке, – упрямо повторил Малдун. – Давай прибавим шагу.

– Как скажете, сэр.

Непредсказуемый почувствовал, что теперь ему стоит немного помолчать. Ночь для лейтенанта превратилась в туманный кошмар, наполненный разрывами падающих бомб, докладов Дженка, каждые тридцать секунд напоминавшего о том, сколько времени у них осталось, тяжелым неровным дыханием его и старшины и раздирающей огненной болью в колене.

Малдун услышал шум лопастей раньше, чем увидел вертолет. И вот, наконец, его взору открылось самое чудесное зрелище на свете.

Лейтенант привычно пересчитал по головам забирающихся в вертолет бойцов, затем машина оторвалась от земли, и они наконец-то убрались к чертовой матери из этого ада.