– Похоже, что так. – Ибрагим устроился на обочине. – А он знает, этот ваш Боб, что вы замужняя женщина?

– Знает. – Мэри-Лу присела рядом.

– Тогда, может быть, он не такой уж милый, как вы мне его описали?

– Может быть, ему просто очень одиноко. – Уж она-то знала, что такое одиночество.

Садовник кивнул:

– Не исключено. И все же послушайте меня. Честный, добропорядочный мужчина должен знать, что нехорошо ужинать с женой другого мужчины.

– Вы знаете, где-то в глубине души мне очень хотелось принять его приглашение, – призналась Мэри-Лу. – Сэм приедет домой очень поздно вечером и… Вы, наверное, считаете меня ужасной, да?

Но он отрицательно помотал головой:

– Нет.

– Я раньше была очень хорошенькой, – продолжала Мэри-Лу. Ей хотелось, чтобы садовник понял ее. – И мужчины постоянно приглашали меня поужинать с ними.

Ибрагим внимательно посмотрел на нее:

– Став матерью, вы изменились. Вы уже не просто хорошенькая. Вы стали по-настоящему красивой. Материнство помогло вам раскрыть благородство души.

Мэри-Лу пришлось отвернуться. Господи, да она покраснела до корней волос! Как все странно! В его глазах не было и намека на – как это он тогда выразился? – сладострастие, и все же она почувствовала себя крайне смущенной и не сразу пришла в себя. Ей казалось, что Ибрагим обладает какой-то удивительной способностью видеть ее насквозь.

Наконец Мэри-Лу успокоилась и, посмотрев на него, вдруг подумала: интересно, какие ощущения испытываешь, когда целуешься с таким бородатым мужчиной, как Ибрагим? И что можно почувствовать, если заняться любовью с мужчиной, у которого такой теплый, всевидящий и одновременно очень нежный взгляд?..

Нет, с ней такого, конечно же, не случится никогда.

– Может быть, – предложил садовник, – вы сегодня вместо свидания сходите на собрание? Тем более что вы пропустили вчерашнее.