— О, чуть не забыл, — сказал Тэлли и, посмотрев по сторонам, наклонился вперед. — Мистер Кэррингтон хотел, чтобы ты зашел к нему, как только вернешься в город. Он собирается серьезно поговорить с тобой.., о Саванне.

Мак настороженно спросил:

— С ней все в порядке?

— Да, да. — Тэлли покручивал кончик своего уса с таинственным выражением лица. — Думаю, с ней все в порядке. Мистер Кэррингтон примет тебя прямо сейчас. Он в своем офисе.

С сомнением взглянув на свою пыльную куртку. Мак сказал:

— Я хотел бы сначала принять ванну.

— Да, не мешало бы, но, полагаю, мистер Кэррингтон вряд ли это заметит.

Чрезвычайно серьезный тон кассира заставил Мака резко повернуться и чуть ли не бегом броситься к кабинету Джорджа Кэррингтона. Остановившись перед дверью, он осторожно постучал. Во рту у него мгновенно пересохло от той ужасной картины, которую ему тут же нарисовало услужливое воображение. Что-то случилось с Саванной, его любовью, его будущей женой…

— Войдите!

Услышав несколько раздраженный голос Кэррингтона, Мак распахнул дверь и вошел в кабинет. Его ботинки утонули в мягком ковре.

Джордж Кэррингтон, невысокий плотный мужчина без всякого намека на талию, сидел за массивным дубовым столом, сцепив перед собой руки и прикрыв глаза.

С тех пор как они виделись последний раз четыре месяца назад, банкир сильно постарел. Вокруг глаз появились большие темные круги, придававшие его некогда пышущему здоровьем лицу болезненное и одновременно суровое выражение. Мак был готов поклясться, что и глубокие морщины на лбу и вокруг рта образовались у него в последнее время.

Мак с сочувствием посмотрел на банкира:

— Мистер Кэррингтон?

Джордж Кэррингтон быстро открыл глаза и в течение нескольких секунд смотрел на молодого человека, словно не мог понять, чего от него хотят и кто перед ним стоит.