— Может быть, мне поговорить с вашим поваром, чтобы для Майкла приготовили ужин пораньше? — Брин решила несколько смягчить ситуацию, увидев, что Алехандро растерялся. — Обычно Майкл ложится спать в восемь.

Она понимала, что жизнь мальчика неизбежно изменится, но не с первого же дня.

Брин посмотрела на Майкла, который плавал в бассейне словно рыба. К вечеру он устанет от новых впечатлений, и ей надо пока попытаться сохранить его привычный распорядок.

— Да, пожалуй, так будет лучше. — Алехандро кивнул и повернулся, чтобы уйти.

— Скажите, — остановила его Брин неожиданным вопросом, — кто присматривал бы за Майклом, если бы меня здесь не было?

Алехандро уловил колкость в ее словах, но ответил:

— Я договорился с дочерью Марии. Мария — это моя кухарка, — пояснил он.

— Еще один чужой человек, — горько усмехнулась Брин.

— Послушайте, не стоит… — прервал ее Алехандро, нахмурившись. — Для всех нас многое сейчас внове, — произнес он негромко. — Я рассчитываю, что ваше присутствие поможет нам все как-то… наладить.

— Под «нам» вы, вероятно, подразумевали себя? — не удержалась Брин от сарказма. — Что ж до меня, то я в одиночку заботилась о Майкле последние два месяца.

Алехандро прерывисто вздохнул.

— Вы намерены ссориться со мной все время, пока находитесь здесь?

— Как получится.

В конце концов, единственное, что ее волнует, — это благополучие Майкла.

Хотя надо сказать, что здесь и сейчас Алехандро Сантьяго вовсе не казался чужестранцем. Скорее, это она с ее рыжими волосами и бледной кожей была здесь не к месту.

— Что ж, по крайней мере, честно, — хмыкнул Алехандро.

— Надеюсь, вы и впредь не усомнитесь в моей честности.

— Посмотрим. — Алехандро с улыбкой наблюдал, как брови Брин поползли вверх от удивления. — Я — за честность. Нечестность же не приемлю ни в каком виде. — Улыбка сошла с его лица, и оно снова окаменело, когда он вспомнил о лжи Франчески, об их браке, который научил его не верить ни одной женщине. Никогда. — Кстати, если вам требуется сообщить кому-нибудь о своем благополучном прибытии…