— Джон Стрикленд? Вы арестованы.

С удивительным проворством Стрикленд выпрыгнул из постели. Его лицо было красным и искаженным от гнева.

— И это то, что твои парни называют справедливой борьбой? Набрасываться на человека в постели, приставляя к его спине пистолет.

— Несправедливо, согласен. Это просто правосудие. Лучше оденься, если, конечно, не хочешь, чтобы тебя провели через весь город голым. И без лишних движений, — предупредил Макс, когда Стрикленд наклонился, чтобы поднять с пола свои брюки. — Мне не хотелось бы отстрелить тебе что-нибудь нужное.

Стрикленд стал одеваться, проклиная Господа за то, что тот изобрел шерифов.

Тем временем проститутка громко причитала в постели:

— Вы что же думаете, вы можете вот так прокрасться в комнату и наблюдать за всем бесплатно?

Макс окинул ее холодным взглядом, и она, выпрыгнув из постели, бросилась к нему.

Это все, что было нужно Стрикленду, и Макс понял это даже прежде, чем тот пошевелился. Стрикленд сильно толкнул проститутку, и она кувырком упала на Макса. Одним прыжком преступник выскочил из окна и перепрыгнул на крышу соседнего магазина.

— Проклятье!

Макс быстро освободился от женщины, упавшей на него, и через окно бросился за Стриклендом. Осмотрев крышу и спустившись по колонне вниз на улицу, Макс затаился, держа оружие наготове. Наконец послышались поспешно удаляющиеся шаги.

Он развернулся и побежал вниз по аллее. Стрикленд направился к Лейн-стрит, которая скрещивалась с Грант-авеню. Если шериф поспешит, то сможет перехватить его на перекрестке.

Макс завернул за угол и вышел на Лейн-стрит как раз в тот момент, когда преступник появился из-за угла с противоположной стороны. В руках его было ружье, и он направил его прямо в грудь Макса. Не раздумывая, Макс выстрелил, и великан рухнул на землю; яркая полная луна освещала его безжизненное лицо.