«Еще бы ему не измениться!» — сердито подумала я, чувствуя себя ветреной паршивкой. Мой Воин ради меня отправился в Потусторонний мир, погиб, был воскрешен Бессмертным, а затем вновь вернулся в свое израненное и обессиленное тело!

Но ведь перед этим… Перед возвращением в наш мир между нами кое-что произошло. Что-то изменилось. По крайней мере, мне тогда так показалось.

В Потустороннем мире мы стали очень близки. Старк пил мою кровь, и это было незабываемое ощущение. Больше, чем секс. Да, это было прекрасно. По-настоящему прекрасно. Эта близость возродила Старка, дала ему силы и, каким-то необъяснимым образом, исцелила надлом в моей душе, так что ко мне вновь вернулись татуировки.

Эта новая близость со Старком позволила мне смириться с гибелью Хита. Тогда откуда взялась эта тоска? Что со мной не так?

Мама, наверное, объяснила бы мне… Стоило мне подумать о маме, как я вдруг почувствовала жуткое одиночество. Да, она запуталась и даже предпочла мне своего нового мужа, но она все равно оставалась моей мамой. Оказывается, я все еще скучала по ней. Я сердито помотала головой.

Нет! У меня была настоящая «мама» — моя бабушка.

«Я скучаю не по матери, а по бабушке!» — решительно объявила я самой себе. И тут же мне стало ужасно стыдно за то, что я до сих пор не нашла времени позвонить ей. Но я знала, что она почувствовала, как моя душа вернулась обратно, а значит, перестала волноваться. Бабушка всегда была исключительно чувствительной, особенно во всем, что касалось меня. И все-таки я должна была ей позвонить!

Мне стало совсем грустно и стыдно. Пожевав губу, я решительно обмотала шею кашемировым палантином и, придерживая развевающиеся концы, зашагала по каменному мосту навстречу ветру.

Воины уже зажигали факелы, и я приветствовала тех, кто мне кланялся. При этом я старалась не смотреть на жуткие мертвые головы, насаженные на столбы между факелами. Думаете, я преувеличиваю? Ничего подобного. Скальпы. Черепа. Настоящие мертвецы. Нет, конечно, они были очень старые, сморщенные и высохшие, но все равно было противно.