— Вот булавка, — сказал Джеб, возмущенно хмыкнув.

— Как зовут девочку? — спросила Мэг, застегнув булавку.

— Не знаю. Может, Рекс?

— Быть такого не может, чтобы отец не знал имени своей дочери!

— Я ей не отец и не знаю, как ее зовут, и маловероятно, что скоро узнаю. Дело в том, что прошлой ночью моя сестра сбежала, бросив дочку на меня.

— «Рекс» не подходит, это кличка собаки, — покачала головой Мэг.

Рекс, услышав свое имя, выжидательно посмотрел на хозяина. Но тому было не до него. Тогда пес сошел со своего коврика и стал ходить по комнате. Ребенок начал капризничать, скорее всего, от голода. Рекс поскуливал по той же причине.

— А что, если назвать ее Марией? — предложила Мэг. — Мария проголодалась! Чем ее покормить? — спросила она.

— Не знаю, — ответил Джеб. — Если идти вверх по улице, то увидите ресторан. Вот там-то я обычно и завтракаю.

— Такого маленького ребенка тащить в ресторан? — воскликнула Мэг.

— А что тут такого? Ресторан очень хороший, — ответил Джеб невозмутимо.

— Ох уж эти мужчины!

— Послушайте, у меня работы невпроворот. Я попросил вас сделать для, э, Марии сущий пустяк, а вы обиделись. Будет лучше, если вы оставите меня одного. У меня на иждивении три рта!

— Деньги, — сказала Мэг, протягивая руку. — Я вам не банкир, а всего лишь репортер. Хотите, чтобы я купила вам еду, — выкладывайте деньги на стол, рядом с одним из ваших «ртов», — сказала Мэг, кивнув на девочку.

— Ох уж эти женщины, — проворчал Джеб, выдвигая ящик письменного стола. Долларовые купюры — от двадцати до ста — предстали перед ним. Он отложил несколько банкнот. Затем подписал два чека и достал кредитную карточку. Весь этот набор он разложил перед Мэг. — Накупите еды, сколько хотите, только оставьте меня одного!