Выбравшись из своего кресла, она направилась на негнущихся ногах через гостиную в просторную кухню, которую спланировала сама. Довольно скромная по размерам, она сочетала в себе уют кухни в фермерском доме с технологией девяностых, и хотя посудомоечной машины не имеется, все принадлежности для приготовления вкусной еды в наличии.

В питании Джулия стала, наверное, экспертом. Она обнаружила у себя, возможно с некоторым опозданием, природный талант к выпечке, сама выращивала большую часть овощей и фруктов и с удовольствием экспериментировала с блюдами.

Между прочим, в самом начале, еще не обнаружив, что может зарабатывать на жизнь писанием детских книжек, Джулия страдала от избытка свободного времени. Присмотр за одним маленьким мальчиком не поглощал всю ту энергию, которую она тратила, будучи постоянно занята в съемках, и первое время ей было нелегко справиться с превращением из публичного лица в частное.

Она не жалела о сделанном. Задолго до решения все бросить в ней зрела внутренняя неудовлетворенность своей жизнью. Несмотря на успех и множество появившихся благодаря ему друзей, она все больше уставала от известности. Вся эта мишура была так утомительна и поверхностна, что она решилась бежать.

Наверное, переломным моментом стала смерть матери. Не подталкивай ее миссис Харви, Джулия вряд ли поступила бы в драматическую школу, давшую толчок ее успешной карьере. Не подозревая о том, что она обездолит тем самым целую рать своих потенциальных почитателей, Джулия хотела поступить в университет, а затем выйти замуж. Она не хотела быть актрисой. Богатство и слава совсем не интересовали ее.

Ну, может быть, не совсем, честно призналась она, вспоминая множество горячих поклонников, появившихся у нее в те дни. Пресс-конференции, вечеринки, встречи со знаменитостями — все это казалось чудесным неопытной Джулии Харви. Она стала любимицей фотографов; кажется, не могла и шагу ступить незамеченной.

А потом ее пригласили в Голливуд и поползли слухи о ее личной жизни… Неважно, что сплетни были лживы и мать не сомневалась, что Джулия ничего не сделала для разрушения своего прежнего образа, — газеты продолжали печатать их. Как будто ее успех пробудил какую-то ненависть в репортерах, прежде аплодировавших ей. Невольно она начала приобретать дурную репутацию, которая нарастала от фильма к фильму.