— Катька! — строго одернул он ее. — Невеста должна быть серьезной — мы же не баловаться сюда пришли. Потерпи, осталось всего десять минут.

Та вздохнула, в очередной раз придирчиво взглянула на часы и поправила собеседника:

— Двенадцать.

— Двенадцать — тоже ерунда. Ты больше ждала. Признавайся — ведь ждала, я прав? Небось, ночами не спала, только и мечтала, как меня сюда затащить.

Катерина хихикнула и скромненько отвернулась. Однако долго молчать она не могла, от восторга хотелось скакать и петь во весь голос, не обращая внимания на чужие изумленные взгляды — на скамеечке ближе к выходу сидела еще одна парочка счастливчиков.

— Мечтала, — откровенно ответила она. — А ты? Можно подумать, я тебя сюда на веревочке затащила. Врешь ведь, сам уговаривал.

Собеседник ухмыльнулся:

— Уговаривал. Потому что видел, как тебе это хочется услышать. Мне не тяжело. Зато тебе приятно.

— Не тяжело? — голос Катерины дрогнул, улыбка растаяла. — Не тяжело? И все?

Еще мгновение назад она вся светилась, теперь же ей хотелось провалиться сквозь землю: нет, не о таком счастье ей мечталось. "Не тяжело" — это совсем не то же самое, что "Люблю".

Она вновь отвернулась, теперь уже совсем не кокетливо, а тяжело, всем корпусом. Сжалась в комок, словно приготовившись к нападению, но тут же вскочила, словно пружина внутри нее распрямилась. Собралась бежать без оглядки из этого неприветливого места. Но у него была отменная реакция. Ухватил за руку, останавливая. Сам поднялся навстречу, притянул ее к себе:

— Стой, глупая. Дурочка. Что ж ты у меня такая дурочка легковерная, а? Никто меня сюда на аркане не затягивал, это я тебя сюда привел. Это я этого хочу. Я об этом мечтал, я. Ну и ты, разумеется — никогда в жизни не поверю, что ты об этом не мечтала. Мир?

Грусть и обида мигом улетучились. Не скрывая счастья, Катя заглянула в серые бездонные глаза любимого и кивнула: