— Соблазн сильнее здравого смысла, Джонатан. Пахнет просто волшебно! — крикнула Марни.

Когда Джонатан выбрался из воды, женщина все еще продолжала смеяться. Он чувствовал себя полным идиотом. Она полулежала на полотенце, опершись на локоть. Влажная кожа блестела в лучах утреннего солнца. Рядом с женщиной стояла пустая чашка.

— Дурацкий поступок! Если бы начался отлив, я мог бы утонуть, пытаясь спасти твою несчастную заднику.

— Эй, поаккуратнее со словами.

— Ты об отливе?

— Нет, о моей заднице. Почему ты называешь ее несчастной? Она у меня отвечает всем требованиям стандарта.

Джонатан открыл рот, чтобы ответить, но тут же закрыл его. Ему хотелось наорать на Марни, страшно хотелось. Но она была права. Ее формы действительно без малейшего изъяна. Он провел полночи без сна, вспоминая, как замечательно выглядит его соседка и какое у нее великолепное тело.

— Но вы заставили меня лезть в холодную воду. Я не собирался купаться.

— Извините меня, ради бога, — смутилась Марни.

Какие у нее красивые глаза, темные и глубокие! Даже не накрашенные, они выглядели как два огромных озера, в которые так и тянет нырнуть, не раздумывая. Когда она прикрывала глаза, то делала это на удивление медленно, будто тяжелые из-за очень густых, черных ресниц веки было трудно поднимать и опускать.

— За купание прощаю. Нo я хочу услышать объяснения.

— Допустим, моя шутка действительно выдалась не слишком остроумной, но я теряю контроль над собой, когда речь идет об утреннем кофе. Прости меня, пожалуйста. Однако согласись, что я пошла на уловку только после того, как вежливая просьба на тебя не подействовала.

— Уловка? Да это самое настоящее воровство. Ты без всякого стеснения украла мой кофе.

— Ну что ж, ты прав. Мне нет пощады. Звони в полицию, — бросила она.

— И это все, что ты можешь мне сказать? — возмутился он. — Да в полицию я всегда позвонить успею. Мне бы все-таки хотелось вначале выслушать твои объяснения.