Кристина завершила свою речь, не обращая никакого внимания на полные слез Лизины глаза, хлопнула ладонью по столу, встала, и, сделав шаг, крепко обняла подругу.
– Идиотка, – пробормотала она, гладя её по волосам и прижимая к себе содрогающееся от рыданий тело, – просто идиотка.
Глава 3.
Женя сидела на пляже, глядя на море и покачивая тихонько коляску со спящей Лекой. Она пришла сюда час назад, чтобы спокойно подумать и принять решение. Да вот беда – решение никак не принималось. Отказывалось, сопротивлялось, упиралось ручками-ножками, мотало головой на тонкой шейке.
Марина за прошедшие два дня совершенно измучила – являлась несколько раз, постоянно звонила, караулила на улице. И ясно давала понять, что в покое не оставит.
Но ведь дело было не только в Марине, так? Не только.
Женя закрыла глаза и вдохнула полные легкие воздуха. В голову сами собой полезли картинки не такого уж далекого прошлого, когда на этом же пляже, на этом же (или другом?) месте она сидела с книжкой и думала о Лёке. Это были дни их самой грандиозной – наверное, потому что первой – ссоры. Дни, когда Женька думала, что Лёки в её жизни больше не будет никогда. Когда в груди прочно и насовсем поселился стеклянный человечек, толкающийся в сердце, сжимающий изнутри горло. Дни, когда ночные кошмары стали постоянным спутником, и даже днем преследовали тонкой тенью у глаз.