Серебряный чайный сервиз стоял на сервировочном столике, и Джорджина уже собиралась окликнуть бабушку, когда из гостиной послышался мужской голос. Вход в эту комнату был всем строго запрещен, и туда допускались только действительно важные люди, поэтому она на цыпочках прошла по коридору и осторожно приблизилась к двери в гостиную.

– Создается впечатление, что ваша внучка вообще не способна воспринимать абстрактные понятия. Она переставляет слова или вообще не в состоянии подобрать нужное слово. К примеру, когда ей была показана картинка с дверной ручкой, она сказала, что это «то, что я поворачиваю, чтобы войти в дом». И в то же время она правильно идентифицировала эскалатор, киркомотыгу и назвала большинство из пятидесяти штатов, – продолжал мужчина, в котором Джорджина по голосу узнала доктора с огромными ушами. Замерев, она стояла у самой двери и внимательно прислушивалась. – Хорошая новость заключается в том, что девочка показала очень высокие результаты по пониманию, – продолжал доктор. – Это означает, что она понимает, что читает.

– Как такое может быть? – спросила бабушка. – Она же ежедневно пользуется дверной ручкой, но, насколько мне известно, никогда не брала в руки киркомотыгу. Как она может переставлять слова и при этом понимать, что написано?

– Миссис Ховард, мы не знаем, почему у некоторых детей возникает мозговая дисфункция, не знаем, что вызывает такие отклонения. И у нас нет методов лечения.

Джорджина вжалась в стену. У нее пылали щеки, в желудке образовался холодный ком. Мозговая дисфункция? Она не настолько тупа, чтобы не понять, что это значит. Доктор считает, что у нее задержка в развитии.

– Что я могу сделать для моей девочки?

– Возможно, если мы проведем дополнительные тесты, то определим, что вызывает у нее наибольшие сложности. Некоторым детям помогает медикаментозное лечение.