— Видеть вас вместе… — покачала головой Нили. — Кажется, только вчера вы учились в колледже…

Сентиментальные слезы увлажнили холодные голубые глаза бывшего лидера свободного мира.

— Мег, ты всегда была доброй подругой Люси.

— Кто-то должен быть ей другом…

Экс-президент улыбнулась:

— Жаль, что твои родители не смогут приехать.

А вот Мег было не жаль.

— Они не выносят долгой разлуки. А это единственный шанс встретиться. Мама смогла сделать перерыв в работе, чтобы приехать в Китай, на съемки к отцу.

— Не могу дождаться его нового фильма. Он так непредсказуем!

— Они очень хотели быть на свадьбе Люси, — ответила Мег. — Особенно мама. Вы знаете, как она относится к Люси.

— В точности как я — к тебе, — ответила президент… слишком любезно… потому что в отличие от Люси Мег была сплошным разочарованием для родителей. Но теперь не время зацикливаться на ее прошлых неудачах и мрачном будущем. Нужно поразмыслить над все возрастающей убежденностью в том, что ее лучшая подруга вот-вот сделает ошибку всей своей жизни…

Люси настояла только на четырех подружках, в число которых входили три ее сестры и Мег. В ожидании жениха и его родителей все собрались у алтаря. Холли и Шарлотта, родные дочери Мэта и Нили, держались рядом с родителями. Там же стояли Трейси, единокровная сестра Люси, и приемный сын, семнадцатилетний афроамериканец Андре. Когда-то Мэт написал, что если бы семьи имели родословные, их семью можно было бы отнести к американским дворняжкам.

У Мег перехватило горло. Каким бы ничтожеством она ни чувствовала себя в присутствии братьев, все же в эту минуту тосковала по ним.

Внезапно распахнулись двери церкви. И на пороге возник он, на фоне заходящего солнца. Теодор Дей Бодин.

Зазвучали трубы. Настоящие, неподдельные трубы, выдувавшие «Аллилуйя».