— Иисусе, — прошептала Мег.

— Знаю, — прошептала в ответ Люси. — Такое происходит постоянно. Он говорит, что это случайность.

Несмотря на все рассказы Люси, Мег оказалась не готова к первой встрече с Тедом Бодином. Четко очерченные скулы, безупречно прямой нос и квадратный, «кинозвездный» подбородок. Он словно сошел с рекламного щита на Таймс-сквер, вот только в нем не было неискренности и деланности, характерных для моделей обоего пола.

Он шел по центральному проходу размашистой, грациозной походкой. Темно-каштановые волосы были пронизаны медными прядями. Разноцветные отблески, падавшие от витражей, драгоценными камнями играли на его пути. Мег едва заметила идущих следом его прославленных родителей. Не могла отвести глаз от жениха лучшей подруги.

Он приветствовал семью невесты низким приятным голосом. Трубные звуки достигли крещендо, он повернулся, и Мег словно пропустила удар в челюсть.

Эти глаза… Золотистый янтарь с примесью меда, обведенный серым. Глаза, сверкающие умом и проницательностью. Мег отчетливо ощущала, как взгляд этих глаз проникает в самую душу, подмечая все, что она так старалась скрыть: бесцельность своего существования, неадекватность, абсолютную неспособность занять достойное место в мире.

«Мы оба знаем, что ты неудачница, — говорили эти глаза. — Но я уверен, что когда-нибудь ты изменишься. Если же нет… ну… много ли можно ожидать от избалованного дитя Голливуда?»

Она так задумалась, что даже не слышала, как Люси их знакомит:

— …так рада, что вы наконец встретились. Моя лучшая подруга и мой будущий муж.

Мег гордилась своей выдержкой. Но тут едва сумела кивнуть.

— Прошу вас, минуту внимания, — начал священник. Тед сжал руку Люси и улыбнулся в запрокинутое лицо невесты нежной, довольной улыбкой, ни на секунду не затронувшей отрешенности этих тигриных глаз. Тревога Мег усиливалась. Какие бы эмоции он ни испытывал к Люси, в их число явно не входила безумная страсть, которой та заслуживала.