Раф остановился, прислонившись плечом к двери. Всем своим видом он демонстрировал, что ему надоедают. Лорен тоже остановилась, ожидая приглашения сесть.

Нет, Раф Далтон и не думал менять гнев на милость. Он не предложил гостье кресло или чего-нибудь прохладительного. Кокетливая улыбка коснулась губ Лорен. Ее чопорная и строгая мать была бы потрясена манерами дочери, не говоря уже о том, что девушка осмелилась вступить в разговор с полуголым мужчиной. "Нецивилизованный" - вот как Маурин Ричмонд называла мужчин вроде Рафа.

Далтон тяжело вздохнул. Его взгляд говорил о том, что вряд ли у него хватит терпения и на четверть часа. Лорен без приглашения уселась в ближайшее кресло и перешла к делу. Она решила, что потратит пятнадцать минут на то, чтобы вызвать у жестокого героя хоть немного сострадания.

- Как я уже говорила, я работаю в службе социальной помощи, в Пасадене, в Калифорнии. Но я также представляю фонд "Светлое начало", который учрежден мной. Фонд ставит своей целью помочь детям начать новую жизнь, адаптироваться после тяжелых потрясений. Мой новый клиент попал в очень тяжелую ситуацию, и потому исполнить его желание особенно важно.

Лорен достала из портфеля папку и разложила ее содержимое на чайном столике перед собой. Среди бумаг была и фотография ее подопечного. На снимке изображен улыбающийся здоровый девятилетний мальчик, в карих глазах которого отражалось большое горе. Когда Лорен впервые увидела фотографию, ее сердце сжалось от сочувствия. Она подтолкнула снимок в сторону Далтона, стоявшего в нескольких шагах от столика, надеясь, что фотография произведет на него тот же эффект.

Но его равнодушный взгляд скользнул по снимку и вернулся к Лорен. Лицо хранило каменное выражение.

- Это Чад Эванс, - пояснила Лорен, не желая признавать поражение. Когда ему исполнилось шесть лет, отец взял его на Большое Родео в Долине Юкки, в Калифорнии. В тот день ты выиграл главный приз. Он подошел к тебе, и ты дал ему автограф.