— Если ты не веришь, что я — отъявленный негодяй, придется доказать.

И он приник к губам Лорен, отбросив все условности. Его горячие губы были настойчивыми и требовательными. Язык дерзко скользнул в манящую глубь рта.

Раф ожидал сопротивления или по крайней мере возмущения. Разумеется, он заслужил яростную пощечину. Но вместо того чтобы оттолкнуть, Лорен обвила его руками за шею. С одной стороны, Раф желал вызвать у нее неприязнь, но с другой — ему хотелось, чтобы она обняла его еще сильнее.

Так и случилось. Пальцы Лорен поднялись к его влажным волосам. Она подалась вперед, изогнулась навстречу ему, и скоро нельзя было различить, где разделяются их тела. Ее губы быстро согрелись под его напором. Лорен так страстно льнула к нему, что Раф скоро забыл о своей цели. Он целовал многих женщин, но ни одна из них не отвечала ему так бесхитростно и доверчиво. Раф жадно брал то, что Лорен предложила ему — спасение от одиночества и холода.

Лорен застонала и нежно провела языком по его губам. Ее грудь еще больше напряглась, и Раф чувствовал прикосновение сосков сквозь тонкую ткань ночной рубашки. Ее ответ на поцелуй был честным и ясным. И откровенное желание Лорен окончательно смутило его.

То, что началось как наказание, превратилось в искушение. Гнев растаял, осталась жажда тепла, от которого Раф слишком долго отказывался. Боль превратилась в забытое удовольствие. Своими ласками и страстным поцелуем Лорен пробудила в Рафе дремавшего зверя, заставила его почувствовать себя живым.

Пьянящее желание заструилось по его жилам. Разум в последний раз предупредил, что если немедленно не остановиться, то разговор закончится в постели. Казалось, Лорен не боялась последствий. Или, возможно, верила, что Раф сможет остановиться. Маленькая глупышка! Если бы она только знала, что всего секунду назад Раф едва не перекинул ее через плечо и не потащил в свою постель, чтобы до конца раствориться в мягкости ее тела, в море ее страсти…