– В самом деле? – Брови графини, и так придававшие ее лицу удивленное выражение, поднялись еще выше. – Что же ты делаешь в Паст-Пик?

Не так-то просто было врать.

– Ищу место, где могла бы обосноваться. Местечко для жизни. Но такое, чтоб и слишком скучно не было. – Она бросила на графиню фон Лейден многозначительный взгляд: – Я имею в виду, что хочу применить свои таланты там, где их оценят по достоинству, – в таком месте, которое и я оценю по достоинству. Я хочу заниматься тем, что у меня хорошо получается, но так, чтобы это занятие не соприкасалось с моей частной жизнью.

В течение двух лет, с тех пор как она оставила Оклахому – и свою работу в юридической компании, где ее считали блестящим молодым адвокатом, доверяя ей вести дела сильных мира сего, – она каждую минуту заставляла себя помнить о том, что работа существует для жизни, не наоборот. Она набила много шишек, занимаясь любимым делом – юриспруденцией, – и ушибы до сих пор еще болели.

Феникс несказанно удивилась, почувствовав на своем лице холодные пальцы графини.

– Хм-м, – произнесла женщина, склонив голову набок. – Возможно… – Она в задумчивости погладила Феникс по щеке.

От волнения у Феникс перехватило дыхание. «Возможно!»

– Мы здесь очень разборчивы. Члены нашего клуба пользуются влиянием – огромным влиянием. Все до одного. Они платят немалые деньги – и ожидают немалого. Мы не имеем права на ошибку. И конечно, не можем допустить просчет, принимая людей на работу. Каждый из наших клиентов входит в элиту.

«Не дай ей почувствовать, что боишься».

Феникс уверенно посмотрела в черные глаза графини:

– Вам нужна очень хорошая массажистка? Первоклассная массажистка?

– А ты первоклассная? – На этот раз холодные пальцы коснулись лица Феникс тыльной стороной.

– Я хорошая.

– Хм-м. Посмотрим. Нам обычно приходится потрудиться, чтобы найти подходящего работника. Но… Хм-м. Не упускать же возможность, которая сама идет к нам в руки.