Она исподтишка скользнула взглядом туда, где сидели сеньор Бретт с сеньором Мартином. Он очень красив, вздохнула Сабрина, в зеленом камзоле и темно-желтых бриджах. Заметив, как неподвижно его лицо, которое всегда было солнечным и веселым, когда он разговаривал с ней, Сабрина нахмурилась. Неужели он не рад, что тетя София станет его мамой? Выражение его лица испугало ее.

Она растерялась. Неужели сеньор Бретт не любит тетю Софию?

Бретт действительно не любил тетю Софию. Не то чтобы он имел что-нибудь против нее лично. Как женщина, и он бы первый это подтвердил, она была очень даже ничего. Но один раз женщина тяжело оскорбила его отца и даже чуть не стала причиной его смерти, и Бретт предпочел бы, чтобы Данджермонды жили сами по себе без проблем л неприятностей, которые приносят с собой женщины. Впрочем, женщины иногда бывают нужны. Это он со своим приятелем Морганом Слейдом уже выяснил несколько месяцев назад, встретившись "под горой" с покладистой шлюшкой.

Однако даже выяснив, что женщины способны, по крайней мере, дарить физическое удовольствие, Бретт помешал бы своему отцу совершить то, что он считал его ошибкой, потому что любил его и хотел уберечь от предательства, если бы не убедился, что Хью, как ни странно, действительно желает жениться на Софии Аквилар. И ему пришлось прикусить язык. Однако сам он не обязан радоваться предстоящей женитьбе и любит ее, сказал он себе.

Бретт не то чтобы очень уж не любил Софию. Он просто не позволял ей застигнуть его врасплох. Когда он сидел у постели отца и смотрел, как он борется за жизнь после дуэли, в которой была виновата Джиллиан, он решил, что не должен доверять ни одной женщине. Со временем, наверно, его чувства перестанут быть такими острыми, но сейчас... Каждый раз, когда он видел трость отца с серебряным набалдашником, видел, как он медленно, осторожно ступает по земле, он все вспоминал заново. Трость стала символом того горя, которое может причинить женщина.