— Может, да, а может, нет. Не исключено, что они хотят именно вложить свои деньги для пущей сохранности, а не забрать их, как хотелось бы нашим недоброжелателям, — сказал он, и наступила полнейшая тишина.

Если бы в этот миг Джаррод разразился хохотом, Молли бы это нисколько не удивило. Но босс был серьезен, даже слишком.

— Кое-что я намерен предпринять, как только мы вернемся в офис, — глухо, без привычной напыщенности проговорил он. — Созвонюсь с определенными людьми своего круга, попрошу, чтобы они по возможности выяснили, кто плодит эти измышления.

Впервые за три года совместной работы Молли показалось, что по ясному и самонадеянному лицу обожаемого босса промелькнула тень нешуточной озабоченности. И. неудивительно, что это случилось именно теперь, когда весь мир рискует сорваться в пропасть. Если бы Джаррод и в этой ситуации продолжал хранить свою козырную безмятежность, она решила бы, что либо он помешан на собственной неуязвимости, либо сам дьявол.

— Детективные процедуры отнимут и времени и денег много больше, — вслух размышлял Джаррод, словно забыв, что Молли здесь, рядом с ним, ковыряется в своем цыпленке-гриль, маленькими кусочками запихивая его в свой маленький рот. — Я найду этого мародера, чего бы мне это ни стоило, — процедил он. — Хочу лично посмотреть в глаза тому, кто множит хаос в и без того нелегкой ситуации, тогда как усилия каждого должны быть направлены на стабилизацию, на изживание последствий спекулянтского вредительства. Я собственными ногами растопчу этого червя, потому как никто не смеет безнаказанно вторгаться в мою вотчину, настраивать против меня моих клиентов, моих людей.

Молли была поражена. Она не ожидала, что этот бесспорно неприятный инцидент мог произвести на ее хладнокровного и неустрашимого рыцаря столь острое раздражающее действие. Он буквально скрежетал зубами, словно уже обгладывал косточки своего врага.