В конце концов, что она смыслит в финансах. Ее дело — скрупулезно отслеживать исполнение документов и помогать боссу грамотно регулировать временные рамки своих действий. Быть может, мистер Олонби искренне заинтересован в том, чтобы многие и многие сотрудники корпорации не потеряли работу в столь нестабильное в финансовом отношении время.

Обычно, когда у Молли случались подобные сомнения, она незамедлительно связывалась с мамочкой, с тетушкой Изи или с тетушкой Фай. Те щелкали морально-этические дилеммы как орешки, с азартом и взапуски. В сущности, они и двигали ее, наставляли, стимулировали. Милейшие существа.

Итак, Молли наедине с этим искусителем, ей следует дать ему отпор, категорически и незамедлительно. Она уже приняла воинственную позу для решительных слов, как вдруг открылась дверь кабинета мистера Бэннинга.

Не растрачивая своего драгоценного внимания на пустяки вроде посетителей, он подошел к ней и оперся обеими ладонями на ее рабочий стол.

Джаррод Бэннинг вперил в Молли пронзительный взгляд изменчивых глаз, которые поражали ее дымчатой зеленью с золотом всполохов. При этом она никогда не видела, чтобы менялась его мимика, которая всегда оставалась бесстрастной.

— Бери сумку! — скомандовал босс. — Обедаем сегодня раньше. Нужно поговорить.

Молли послушно кивнула.

Пришлось оторвать взгляд от босса, этого требовала логика вещей, и только тогда Молли заметила, что мистер Олонби испарился как дух. На мгновение она замерла, соображая, но вскоре решила, что это к лучшему. Главное, глупостей она наделать не успела, а босс, желающий поговорить, сам сейчас развеет все ее сомнения и навязанные подозрения.