— Лучше свози меня на Гавайи в пятизвездочный отель, — тем же тоном сказала я.

— Только Урал. На Гавайи в другой раз.

— Жаль. На Урале я была, а на Гавайях нет, — улыбалась я.

— На Урале сказочная природа, никакие Гавайи не сравнятся, — уговаривал он.

— Что ж, Илья, спасибо, что зашел, приятно было вновь встретиться после долгой разлуки. Очень сожалею, что не смогу с тобой поехать, у меня другие планы. Придется тебе обойтись без меня.

— Э, нет, без тебя никак нельзя, только с тобой.

— Увы, еще раз благодарю за приглашение, но…

— Ты не поняла, — хмуро взглянул на меня Илья. — Ты должна поехать со мной.

— Я тебе ничего не должна! Это ты мне должен как земля колхозу! — начала раздражаться я.

— Извини, — сразу заулыбался Илья. — Помнишь, ты говорила, что была со своим дядей в местечке, как том оно называется?

— Помню, хоть память за прошедшие десять лет и ухудшилась, возраст, знаешь ли, сказывается, но склероза у меня еще нет.

— Отлично. Один богатый придурок прознал, что там часто видят летающие тарелки и решил сам посмотреть, а дорогу никто показать не может. Места, говорят, такого нет. Вот тут-то я и вспомнил о тебе.

— Ты обо мне всегда вспоминаешь в самый неподходящий момент. Такая, видно, у тебя особенность.

Общение с Ильей начало мне надоедать, а уходить он не хотел. Не драться же с ним? Тем более что победитель очевиден, с его-то ростом и комплекцией.

— Ну, дорогуша, если поторопишься и соберешь сумку, то сегодня же и поедем, — сказал Илья, сделал из банки с пивом последний глоток, а затем швырнул пустую банку в мусорное ведро. Не попал.

Я тяжело вздохнула, подняла банку и аккуратно положила ее в ведро.

— Ты так ничего и не понял? — спросила я, глядя прямо в довольную физиономию Ильи. — Совсем ничего? Объясняю еще раз: я с тобой никуда не поеду. Любовь прошла, завяли помидоры. Теперь дошло?