Девушка с каштановыми волосами сдержала раздражение и уже более миролюбиво буркнула:

— Мы ненадолго, нам надо только выгрузить вещи.

Она подхватила картон, на котором были нарисованы яркие цветы, и решительно направилась к двери дома.

На Лероя внезапно снова навалилась усталость — его даже качнуло. Он взял себя в руки и, не желая того, произнес довольно холодно:

— Хорошо. Но постарайтесь вести себя цивилизованно.

— Вы имеете в виду — не бросать вещи? — с мягкой издевкой осведомилась красотка, бросив картину своей кудрявой подруге.

Изабелла взвизгнула, но картина благополучно попала по назначению, едва, правда, не пролетев мимо цели.

— Вы ведете себя по-детски, — заметил Лерой.

Но задира, очевидно, вошла в раж — глаза ее блестели, подбородок был воинственно вздернут.

— Возможно, — сказала она, беря в руки мольберт. — Говорят, все мы должны избавиться от детских комплексов.

Девушка выглядела сейчас очень юной и решительной, но мольберт был явно ей не по силам.

— Моя машина! — завопила Изабелла, бросаясь вперед.

Лероя вдруг обуял приступ необъяснимого смеха. Он отвернулся, что скрыть выражение своего лица.

— Если вы ее поцарапаете, я подам на вас в суд! — истерично кричала Изабелла.

Девушка тряхнула гривой каштановых волос и обдала Изабеллу презрением.

— Вы не... не можете, — пролепетала та, сбавляя обороты.

Девушка улыбнулась.

— Вы даже представить себе не можете, что я могу сделать, если захочу. — Она с огромным удовольствием вернула Изабелле ее же слова.

— Это самый настоящий вандализм, — дрожащим голосом промолвила Изабелла, побледнев от страха.

— Хейзл, — вмешалась кудрявая девушка, которая занервничала, видя, что у подруги начали отказывать тормоза.

— Перестаньте глупить! — велел и Лерой, забирая мольберт из рук девушки.