Два охранника в униформе сидели на высоком пружинном сиденье повозки. Один из них правил четырьмя лошадьми, другой держал на коленях дробовик. Два заместителя шерифа ехали верхом рядом с повозкой, они были вооружены до зубов.

Лэйси подождала, пока тяжелая тюремная карета тронется, затем с решительным выражением лица вонзила каблуки в бока Синдер и поехала за телегой. У нее не было ни денег, ни одежды, кроме той, что была на ней, и голубого хлопкового платьица, засунутого внутрь седельного вьюка. Но у нее было много еды благодаря ее ловким пальцам. Ей удалось украсть со склада довольно много гороха, сухарей, вяленого говяжьего мяса и консервированных персиков. Еще у нее была фляга, наполненная свежей водой.

Лэйси печально вздохнула. Если бы ее имя было записано в книге Господа на небесах, то рядом с ним стояло бы сейчас множество черных пометок. Но ничем нельзя помочь. Ведь ей необходимы были удобная одежда для путешествия и еда, чтобы питаться в дороге. Возможно, когда-нибудь она возместит убытки. Если нет, тогда ей остается верить, что Бог поймет ее и простит.

Она пожалела о том, что не украла платок, чтобы защитить нос и рот от пыли.

Обычно нужно было пять дней ехать верхом, чтобы добраться до Юмы, но тюремная телега была тяжелой и громоздкой, поэтому двигалась медленно. Проведя в седле четыре дня, Лэйси стала сомневаться, достигнут ли они вообще места назначения. О Юме она знала немного, только то, что это был маленький городок на берегу реки Колорадо в юго-восточной части Аризоны, а температура там, в летнее время достигала более ста градусов.

К концу дня она жутко уставала. Охранники останавливали телегу только один раз после обеда, чтобы дать отдохнуть лошадям и пообедать. Лэйси сердцем чувствовала отца, зная, что долгие часы, которые его заставляли проводить в телеге, были для него ужасными. Заключенным разрешали выходить только ночью, при этом их привязывали к телеге, чтобы предотвратить побег.