Он опять взял ее за руку и повел к лифту. Она была так ошеломлена, что едва вымолвила:
- Я думала, вы остановились в том же отеле, где проходила конференция.
- Я уже выезжал оттуда, когда встретил тебя.
Он сказал тебя, подумала она.
- Но мы могли бы вернуться туда?
- Я предпочитаю не совмещать личную и общественную жизнь.
Лифт открылся, и они вошли в пустую кабину… Боже, лифт только для пентхауса. Двери плавно закрылись, и прошлая жизнь осталась для Санни позади. Она вдруг почувствовала неловкость. Было так тихо, что она подумала: сейчас он услышит, как гулко бьется ее сердце…
ГЛАВА ПЯТАЯ
Брайс хотел, чтобы лифт двигался быстрее. Ему было трудно сдерживаться. Он понимал, что Санни рассчитывала на ресторан. Будет ей ресторан, только один на один, в закрытом помещении. Он смотрел на нее и видел, что Санни потрясена: губы дрожали, она съежилась, глаза избегали его взгляда, лицо горело. Бедняжка, подумал он. Боится его. Что ж, она боится не без оснований.
Достанется и этим губам, и ногам. И прочим прелестям. И все-таки надо успокоить ее. Она ведь может и уйти… независимая и самостоятельная, привыкшая все решать сама… И будет права.
- Я не думала…
- И не надо! - И, прежде чем она опомнилась, он схватил ее в объятия и стал целовать.
Лифт остановился. Брайс поднял ее на руки и понес к себе. К счастью, двери были не заперты. Яростное желание требовало немедленного утоления. Черт, кровать на втором этаже! Не желая ни на секунду отпускать свою драгоценную ношу, Брайс понес ее наверх, в спальню.
Там он наконец опустил Санни на кровать и стал неторопливо раздевать. Потом разделся сам и лег рядом с ней. Брайс был потрясен ее наготой; возбуждение его было таким сильным, что он сразу же, без предварительных ласк, оказался там, в глубине ее лона… Брайс грубо утолял свою страсть, и Санни отвечала ему в безумном желании освободиться от напряжения. Они почти одновременно достигли высшего блаженства и какое-то время лежали обессиленные.