Чувствую, что он понимает всё и без слов, и мне становится стыдно.

– Вера, передай Наташе, что я освобожу ей комнату в общежитии: пусть живет там с сыном…

– Всё… Не срывайте уроки! – делает замечание учителям директор.

– Скоро дети школу разнесут…

Не спеша идем по длинному коридору.

– Как ты здесь очутилась? – спрашиваю я Оксану.

– Жила в Полтаве. Познакомилась на танцах с солдатом, чернявым, красивым… Влюбилась… Вышла замуж, а после дембеля привез он меня в Чечню… Сначала жила со свекрухой – у неё своих детей куча. Я беременная, и она беременная… Рожали одновременно… Не выдержала… Голодно… Холодно… Тесно… Шумно… Теперь снимаем квартиру… Придёшь в гости – всё увидишь сама. Ну, хорошего тебе рабочего дня…

Пятый "А" встретил меня восторженно. Кое-кого я уже узнаю… Вот, вытянувшись, стоит Ахьят. Приветливо улыбается его защитница Милана, самая бойкая девочка в классе. Печально глядит на меня Галаев

Микаил. Что за беда у мальчика? Обязательно после занятий пойду к нему домой…

Уроки пролетают как мгновение. Прошу Милану проводить меня к

Галаеву.

– Его дом рядом! – восклицает девочка.

Идём по склону горы.

– Я живу тут! – радостно кричит Милана.

Удивлённо останавливаюсь: маленький оазис украинской культуры.

Низенький плетеный забор, на кольях блестят на солнце глиняные горшки. Нас встречает полненькая украиночка в вышитой кофточке, в расшитом маками передничке.

– Шо Милана наробыла? – с тревогой спрашивает она.

– Не волнуйтесь, – успокаиваю я женщину. – У вас хорошая дочь.

– Заходьте в хату, – приглашает меня хозяйка.

В комнате чисто. Везде: на рушниках, скатерти, покрывалах, занавесках – богатая вышивка. На окнах цветет герань.

– Сидайте… Вот горячи пирожечки. Вот молочко…

С трудом сдерживаю слёзы: мне кажется, что я попала на Кубань к бабушке Тане: та же речь, та же сердечность…

– Вот мои дивчата, – показывает женщина своих детей. – Мильку вы уже знаете. Она старшенька… А вон мои дивчатки-погодки…