Но то, что Лео с такой бесцеремонностью задевал ее самое больное место, было нестерпимо. Тимотия терпеть не могла людей, готовых перед кем попало плакаться на свою судьбу, и не собиралась им подражать. Наоборот, она всегда старалась не обременять своими заботами никого, даже тех, кто ее поддерживал, даже Лео, своего друга.

Тимотия уже сформулировала в уме, что она ответит, но Лео ее опередил:

– Тимма, так дальше продолжаться не может.

В его голосе звучали какие-то странные нотки. Тимотия подняла голову и посмотрела ему в глаза. Его пристальный взгляд что-то означал, но что – непонятно.

– Конечно, – согласилась она, стараясь говорить спокойно. – Неужели ты думаешь, что я буду тут сидеть как отшельница? Траур-то кончился! Уверяю тебя…

– Я не это имел в виду, – нетерпеливо прервал ее Лео. – Ты, наверное, хотела сказать, что намерена вернуться к прежней жизни. Так вот, хочу, чтобы ты знала: без Далвертон-Парка у тебя ничего не выйдет.

Тимотия подавила вздох. В ее глазах стоял укор, губы подрагивали.

– Я сама это знаю.

Лео внутренне поежился. Ну почему получается, что, разговаривая с Тимотией, он постоянно выглядит грубияном? Просто он привык держаться с ней на равных и забывает, что она чувствительна, как всякая женщина. Впрочем, это даже неплохо. Пусть прочувствует все как следует, тем легче ей будет увидеть хорошие стороны в том, что он собирается предложить.

– Прости, Тимма, я был излишне резок. Но у меня есть на то свои причины.

– Можно подумать, ты когда-нибудь вел себя иначе, – фыркнула Тимотия, уже успевшая взять себя в руки.

– Это нечестно. Мы знаем друг друга сто лет. Надеюсь, это дает мне право говорить откровенно.

– Допустим. – Тимотия смотрела ему в глаза, откинувшись на спинку стула. – Ну так что же это за причины?