От этих мыслей Джиллиан невольно пробрала дрожь, и глаза неожиданно наполнились слезами. Устыдившись своей слабости, она заставила себя отогнать подальше мрачные мысли и, поморгав, смахнула набежавшие слезы.

Что с ней такое творится? Неужели при первом же столкновении с превратностями судьбы она откажется от всего, чему учил ее отец? Неужели она из-за страха забудет о том, кто она, кем она была и кем надеялась стать? Она Джиллиан Харкорт Хейг, дочь Морриса Харкорта Хейга, выдающегося знатока словесности! Отец был замечательным человеком и прекрасным педагогом. Его мало волновал материальный достаток, и единственное, что он сумел дать своим дочерям, — это прекрасное образование. И он не уставал снова и снова повторять им, что невежество и страх — главные враги человека, а знания и смелость — великая сила. Она всегда сердцем верила тому, что говорил отец. И никогда не простит себе, если сейчас дрогнет!

С этими возвышенными мыслями Джиллиан осторожно начала подниматься по сходням. Она с любопытством взглянула вперед и едва не вскрикнула от ужаса, увидев на палубе знакомую приземистую фигуру.

Снова этот отвратительный тип!

Из-за налетевшего порыва ветра Джиллиан не расслышала, что Джон Барретт сказал молодому моряку, стоявшему у верхнего конца сходен. Однако налившееся кровью лицо торговца яснее ясного говорило о том, что разговор был не из приятных. Барретт со своими горящими безудержной яростью глазами чем-то напоминал дикого вепря, рисунок которого Джиллиан видела в одной из отцовских книг. Там говорилось, что этот зверь убивает просто ради удовольствия.

Загипнотизированная злобным выражением лица Барретта, девушка ахнула, когда он с размаху ударил моряка кулаком в лицо. Удар был таким сильным и неожиданным, что юноша едва удержался на ногах.

С верхней палубы донесся чей-то яростный крик. Джиллиан взглянула вверх и увидела перегнувшегося через поручни высокорослого, крепкого, одетого во все черное человека. Мгновение спустя он, подобно устремившейся на врага хищной птице, быстро и ловко слетел по трапу вниз.