Клерк послушался, с сомнением качая головой.

– Доход?

– Достаточный.

– По вашему виду не скажешь, – начал раздраженно клерк, – в таких делах, как принятие ответственности за бедняков, правительство требует более подробных разъяснений.

– Правительство может отправить разъяснения вслед за своими предпочтениями. – Матушка Мастиф взмахнула посохом, указывая на платформу. Клерк едва успел увернуться. – Торговля закончена. Второй покупатель ушел. В спешке. Я могу взять свои деньги и уйти. Или могу дать немного правительству, чтобы оно заплатило вам жалование. Что вы предпочтете?

– Ну, ладно, – раздраженно сказал клерк. Он закончил набор и нажал кнопку. Из принтера показалась бесконечная лента. В свернутом виде она была в сантиметр толщиной. – Прочтите это.

Матушка Мастиф взвесила в руке пачку бланков.

– Что это такое?

– Правила относительно вашей покупки. Вы должны воспитывать мальчика и хорошо обращаться с ним. Если будет установлено, что вы нарушаете указанные здесь правила, – он указал на стопку, – его могут отобрать у вас с конфискацией уплаченной вами суммы. Вдобавок вы должны ознакомиться с… – Он прервал свою лекцию, так как в этот момент другой чиновник ввел в помещение мальчика.

Мальчик взглянул на клерка, потом на матушку Мастиф. Потом, словно ему не раз приходилось выполнять этот ритуал, подошел к ней и вложил ей в левую руку свою правую. Большие невинные глаза ребенка смотрели ей в лицо. Она заметила, что они зеленого цвета.

Клерк собрался продолжать, но что-то застряло у него в горле, и он занялся бумагами на столе.

– Это все. Вы можете идти.

Матушка Мастиф торжественно, словно после одержанной победы, вывела мальчика на улицы Драллара. Ему дали с собой только одно – небольшой плащ. Мальчик плотнее запахнул дешевый пластик, когда они добрались до первого перекрестка.

– Ну, парень, дело сделано. Пусть меня возьмет дьявол, если я понимаю, почему это сделала, но теперь я с тобой связана. Ну, и ты со мной, конечно. Что-нибудь есть у тебя в ночлежке?