– Ты прекрасна, – хрипловато, с легким акцентом прошептал он. – Моя колдунья. Я хочу тебя так, как никогда никого не хотел.

А затем он начал ласкать ее – прямо там, на балконе, где любой мог увидеть их. Рука его скользнула под короткую юбку, и – о Боже! – Лорелея сама подалась ему навстречу!

– Идем, – спокойно и властно сказал он. И она, очарованная, пошла за ним в пентхауз отеля. На ложе, где он не раз и не два подарил ей не испытанное прежде блаженство…

Тихо застонав, Лорелея закрыла глаза, стремясь изгнать из памяти запретно-сладкие воспоминания. Но они не уходили, не желали уходить вот уже пять лет. Мощное гибкое тело… горьковатый вкус губ… неисчерпаемая мужская сила и щедрость в любовной схватке…

Помнила она и свое потрясение и ужас, когда все завершилось. Помнила, как лежала, глядя в темноту, и прислушивалась к его дыханию.

Когда он заснул, Лорелея соскользнула с кровати, бесшумно оделась в темноте, выскользнула за дверь и на такси добралась домой. Там она сразу бросилась под душ и с остервенением терла и скребла свое тело, словно стараясь смыть память о прикосновениях незнакомца. Разумеется, это ей не удалось.

А месяц спустя она обнаружила, что беременна…

Вопроса «оставить ли ребенка?» у Лорелеи не возникало – не зря она воспитывалась в семье, придерживавшейся строгих нравов. Узнав о своей беременности, первым делом она отправилась в Дартмур, за миллион световых лет от Лондона и от всех своих великосветских знакомых, и купила коттедж в глухой деревушке. Теперь предстояло рассказать обо всем бабушке… Но, увы, в это самое время графиню уложил в постель сердечный приступ и доктора объявили, что волнения ей противопоказаны.