– Ни крошки в рот не взяла, – продолжил он. – Мы готовились к завтрашнему закрытию… Лорелея, может быть, я схожу куплю что-нибудь поесть?

– Не надо. Просто приготовьте кофе и чай для бабушки и… нашего гостя. Я не голодна. Хотя… Бабушка, – обратилась она к графине, намеренно игнорируя Курта, – ты не хочешь перекусить?

– Мы пообедали в самолете герра Рудольштадта, – улыбнулась графиня. – Ах, Лорелея, видела бы ты, какой у него самолет! Сиденья из натуральной кожи, столики…

– Не сомневаюсь, самолет замечательный, – вежливо отозвалась Лорелея. – И еще не сомневаюсь, что герр Рудольштадт не для того проделал путь из Вены в Лондон, чтобы выслушивать похвалы своему самолету.

– Нет. Разумеется, нет. – Графиня вздохнула. – Он прилетел осмотреть «Дамское изящество» – свою новую собственность.

– Пока еще эта фирма ему не принадлежит, – быстро ответила Лорелея.

– Верно, подождем до завтра. – Курт сверкнул улыбкой. – А вас это беспокоит, фрейлейн Лоуренс? Неприятно сознавать, что «Дамское изящество» переходит в мое владение?

Да он просто наслаждается ее бедой! Но почему? Обижен на нее за то, что в ту ночь она ушла не попрощавшись? Ладно, какая разница. Так или иначе, фирма «Дамское изящество» для семьи фон Левенштейн потеряна.

– Совершенно верно, – холодно ответила она.

– Лорелея, Бога ради… – всплеснула руками графиня.

– Не беспокойтесь, – остановил ее Курт, – все в порядке. Мне нравится искренность в женщинах. – Он стоял, засунув руки в карманы, в самоуверенной позе победителя. – Вы, фрейлейн, разбудили мое любопытство. Скажите, что же именно вас так смущает – что вы теряете фирму «Дамское изящество» или что ее получаю я?

– И то, и другое, – не раздумывая ответила она.

– Лорелея, веди себя прилично! – сердито прошипела графиня.

– Почему бы герру Рудольштадту не выслушать правду? Ни для нас, ни для него это ничего не изменит. – Лорелея повернулась к Курту. – История предприятия «Дамское изящество» насчитывает несколько столетий. Но, если верно все, что я слышала о «Рудольштадт интернэшнл», для вас история гроша ломаного не стоит.