Хьюго вообще был каким-то неестественным, несмотря на хорошее воспитание.

До сих пор звучал у Дианы в ушах голос его матери:

«Я очень надеюсь, что Хьюго, прежде чем жениться, влюбится сначала в какую-нибудь милую замужнюю даму. Для юноши это как раз то, что нужно, чтобы набраться опыта».

Глядя по сторонам, Диана то тут, то там замечала своих друзей и точно знала, о чем они думают.

Девушки завидовали ей, поскольку многие их них время от времени пытались заполучить Хьюго в мужья.

Приятели Дианы, без сомнения, были разочарованы ее возможным замужеством, однако философски отнеслись к ее выбору, рассудив, что если уж рано или поздно ей все равно суждено выйти замуж, то почему бы и не за старину Хьюго.

Так или иначе, все это мало волновало Диану. Как говорится, из двух зол нужно выбирать меньшее.

— Я чувствую себя отвратительно, — пожаловалась она Хьюго. — Пойдем чего-нибудь выпьем.

С трудом протискиваясь сквозь толпу, они добрались до буфета, где Хьюго удалось раздобыть бутылочку шампанского.

— Неплохое вино, — заметил он, наполняя сначала бокал Дианы, а потом свой. — Лучше, чем обычно угощают на таких вечеринках. А кстати, кто это все организовал?

— Мистер Шнайбер, — ответила Диана. — Он — фабрикант. Крючки, застежки… Ну, что-то в этом роде. А это его дочь.

И она указала на молодую, довольно привлекательную девушку, особняком стоящую в дверях в поисках хотя бы одного знакомого лица.

— А она ничего, — высказался Хьюго, — правда, не в моем вкусе. Она кого-нибудь здесь знает?

Диана рассмеялась.

— Не думаю, — ответила она. — Ведь приглашения рассылала Мэри Картер, которая всегда все организует. Она собирает всех курочек, несущих золотые яйца, под свое крыло, конечно, если яйца эти по-настоящему золотые. Мы все ее просто обожаем. Она точно знает, какие именно вечеринки мы предпочитаем, и устраивает все так, как не смог бы никто другой. И не важно кто.