— Это больше моя кухня теперь! Но я вас понял. Как насчет воскресенья?
— Воскресенья?
— Ужин у меня на квартире? Никаких посягательств, обещаю.
— Настоящий кусок мяса?
— И столько жареного картофеля, сколько вы сможете съесть.
— Вы знаете, как делать картофель по-французски? Остановитесь перед тем автомобилем. Вот где я живу. С матерью и Портией, сестрой. Вы должны будете найти рецепт картофеля по-французски.
— Так вы придете? В воскресенье?…
Роман расценил то, что она захлопнула дверь машины со всего размаха, как согласие. Черт побери, он даже не попытался поцеловать ее! Однако в воскресенье все будет по-другому.
Глава вторая
Пришло воскресное утро. Когда-то воскресенья были особыми днями. Такими были утренние часы, когда мать Романа готовила ему завтрак, как она это делала остальные шесть дней недели.
Мать Романа была инвалидом с той ночи, когда она родила его. И так до смерти и не поправилась. Дать ему жизнь почти стоило ей жизни. К сожалению, она напоминала ему об этом примерно раз в месяц. Правда, она всегда смягчала эти слова: «…но это не было твоей виной, дорогой». Но почему-то он так и не смог поверить в искренность этих слов.
Она страдала от целого ряда каких-то смутных «женских проблем», а также от мигрени. К тому времени, когда Роману исполнилось пять лет, она была прикована к постели примерно один день из четырех. К своему одиннадцатому дню рождения Роман стал уже умелым поваром, готовящим нехитрые блюда, и довольно неплохим домоправителем.
Отец Романа нашел себе работу торгового представителя компании по производству ресторанного оборудования. Он был в бегах всю неделю. По субботам и воскресеньям он сдувал пылинки со своей больной жены и читал нотации Роману о необходимости «сделать маму счастливой». Если отец Романа приходил домой в пятницу вечером и находил свою жену страдающей, он непременно спрашивал Романа, что именно тот сделал, что так расстроил ее.