— Куда? — В моем голосе сквозило ничем не прикрытое волнение.

— Ну, для начала к парахимику, который и создал формулу «Ночной дурман»… все думали, что Андерсон работал в одиночку, но они ошибались.

Деклан скрестил руки на груди:

— Да что ты?

Джексон кивнул:

— Пару лет назад у него был напарник — доктор Виктор Рейнольдс. Он работает в засекреченном исследовательском центре на окраине города. Он хочет с тобой — точнее, с вами обоими — увидеться и решить, может ли он как-нибудь исправить ситуацию. — От веселья на его лице не осталось и следа, и я удивилась, заметив, что он и в самом деле воспринимает все всерьез. — Послушай, Джилл, я ничего о тебе не знаю, но вижу, что на твою долю выпало до хрена всякого. Ты не принадлежишь этому миру, не стоило тебя втягивать в наши разборки.

— Ты прав, не стоило, — согласился Деклан, переглянувшись со мной. Я оказалась не в том месте не в то время, когда встала между его пистолетом и мужчиной, который взял меня в заложники, а потом вколол мне в шею «Ночной дурман»… единственную дозу формулы.

Еще неделю назад я вообще не подозревала о существовании вампиров. О науке, занимающейся изучением сверхъестественного. О веществе, способном сделать запах моей крови неотразимым для этих упырей, правда, стоило им повестись и выпить хоть глоток, они сгорали дотла. Я прыгнула вниз головой в кроличью нору, и с тех пор все пыталась найти из нее выход. Похоже, у Джексона была карта с точным указанием маршрута.

Да, я не смогу забыть все, что видела и пережила, но мне не терпелось покончить с этими американскими горками раз и навсегда.

— Когда мы встретимся с доктором Рейнольдсом? — спросила я.

Джексон смерил каждого из нас взглядом:

— Как насчет «сейчас»?

Мы ехали с Джексоном через Лос-Анджелес минут сорок, пока не оказались у маленького заброшенного склада на самой окраине. Деклан припарковал машину в паре сотен ярдов от здания, за помойкой.