Флери де Френэ хотел приступить к объяснениям, но таких объяснений ему еще никогда не приходилось совершать. Не зная, с чего начать, он взял маленькую руку и несколько раз поцеловал ее. Рука вздрогнула, но осталась в его руке, он услышал прерывистый вздох, внезапно опьянивший его. Его голова закружилась, невольно он обнял талию и увидел близко перед собою лицо, глаза, блеснувшие и погасшие, повелительный рот. Он приблизил свои губы к губам Марселины, не отрывая их долгие минуты, тем более долгие, что за ними не могло быть счастливых и честных минут. Марселина наконец отстранила его, упершись в грудь рукой. Флери де Френэ повернулся и быстро пошел в аллеях, делая странные жесты и бормоча несвязные слова.

При входе в дом он встретил на лестнице Эфраима, взволнованного и просветленного. «Флери, — воскликнул он, — развязка близка, она уже наступает!»— «Развязка! Развязка! — захохотал Флери де Френэ, положив ему на плечи обе руки. — Ах, мой добрый Эфраим, какими мы все были глупцами, но ты, ты, Эфраим, ты был и остаешься глупее нас всех». Флери глядел теперь прямо в лицо своего друга, с величайшим сожалением убеждаясь, что тот не подозревал решительно ничего. Эфраим де Линьер снял со своих плеч его руки. «Я ищу Марселину, — сказал он, торопливо спускаясь по лестнице. — Случилось несчастье, мой управляющий арестован, отныне я нищ. Не далее, чем сейчас, доктор Пти вызвал меня и сообщил, что срок наш приходит к концу. Я вручил ему остаток денег, чтобы спасти еще на несколько дней Марселину, но сам я уже завтра должен покинуть убежище доктора Пти». Флери де Френэ сделал шаг в сторону и показал рукой в сад. Он поглядел вслед своему другу. «Ты всегда был настоящим римлянином, Эфраим де Линьер», — вздохнул он и смахнул слезу.

Эфраим де Линьер нашел Марселину д'Арси сидящей в глубокой задумчивости на цоколе одной из сброшенных статуй.