— Он так и сделал, — ответил последний, стиснув зубы, — Только мы попали в засаду.

Спайк сразу насторожился, его руки взметнулись к куртке, под которой, как знала Грейс, он носил не менее трех пистолетов и несколько ножей.

— Сколько их было? Нам начать преследование?

— О них уже позаботились, — ответила Грейс.

— Их было четверо, — кивнул в ответ Алексиос.

У любого другого это звучало бы как хвастовство, Алексиос же просто констатировал факт.

Уважение отразилось на лице Спайка. Грейс была не единственной, кто видел Алексиоса в бою. Она решила, что воин не хочет, чтобы она упоминала о тумане. Это было что-то новое. Может быть, это был секрет.

— Спасибо что переставишь машину. Мы будем… внутри, — она взглянула на Алексиоса, который уже протягивал руку, чтобы поддержать ее, но остановился, боясь получить отпор. Грейс привалилась к нему, слишком усталая и напуганная состоянием Мишель, чтобы еще раз заставить себя стоять одной.

Она позволит себе быть зависимой от кого-то только в этот раз. Только на этот раз.

Отделение скорой помощи, больница университета Сент-Луиса.

Алексиос оглядел переполненную комнату ожидания, вспоминая бесчисленные разы, когда он и знакомые ему воины нуждались в лечении. В отличие от целительных комнат Атлантиды, которые были полны свежего воздуха и солнечного света, шелковых подушек и цветов из дворцового сада, это помещение, полное потерявших надежду, травмированных людей в ожидании помощи, пахло потом, кровью, лекарствами и отчаянием.

Грейс съежилась на оранжевом пластиковом стуле, странно маленькая без своего вооружения. Он стоял напротив нее, прислонившись к торговому аппарату, и старался вспомнить, когда еще он видел ее без оружия, но так и не смог. Лук, ножи и ружья были частью нее, странно несовместимые с ее красотой и ее именем.