Я набрал номер офиса шерифа и спросил Берни Оулза.

– Привет, Берни, это Марлоу. У меня проблемы.

– Твоя контора на прежнем месте?

– Да.

– Я заеду.

Он приехал через минут двадцать.

– Ну, выкладывай.

Я рассказал ему все, как было. Он посоветовал не волноваться:

– Раз они грохнули не того, на какое-то время притихнут.

Потом принесли телеграмму. «Еду Флэгстар Мотель Мирадор кажется пасут немедленно приезжай».

Я позвонил Энн, она посоветовала пересидеть какое-то время у нее, – и тут позвонили в дверь.

За дверью стоял элегантно одетый человек средних лет с приветливой и лукавой улыбкой. Кремовый фланелевый костюм был скроен безупречно. Закурив сигарету с золотым фильтром и выпустив луб дыма, он взглянул на меня.

– Филип Марлоу?Я кивнул в ответ.

– Меня зовут Фостер Граймз, я из Лас-Вегаса, управляющий «Ранчо Эсперанца». Я слышал, вы имели какие-то дела с Икки Россеном.

– Может, вы зайдете?

Он прошел мимо меня в кабинет и вальяжно расположился в кресле. Внешность его ничего мне не говорила – этакий везунчик, который хочет выглядеть ковбоем. По выговору – из Нью-Йорка или Балтимора.

– Мистер Марлоу, где теперь Икки?

– Не знаю, мистер Граймз.

– Чего ради вы с ним связались?

– Ради денег, конечно.

– И как далеко это зашло?

– Я помог ему уехать из города. Кто вы такой, я не знаю, но в офисе шерифа уже обо всем знают. Вы не того прикончили.

– Ребята поторопились. Нам вот что нужно, – он вытащил тысячную и аккуратно положил на стол. – Найдите Икки и скажите ему: пусть возвращается, все будет в порядке. Если вы это сделаете, получите еще одну такую же. Если нет – вашему клиенту конец.

– А если я вас по носу щелкну этой купюрой?

– Это будет не слишком умно, – он вытащил «кольт-вудсмен» с глушителем – такая пушка укладывает человека с первого выстрела; лицо его при этом совершенно не изменилось. – В случае чего я из Вегаса не выезжал, а вот вас найдут мертвым в собственном кабинете. Положите руки на стол и подумайте как следует. Я хорошо стреляю.