На заднем фоне слышен мужской голос: «Пожалуйста, не отвлекайтесь на телефонный разговор!»

– Да идите вы, Пал Семеныч на… ! – Бросаешь ты невидимому собеседнику. А потом тихо и нежно-нежно отвечаешь мне: – Жди. Через пятнадцать минут.

Когда я открываю дверь, ты сразу все понимаешь.

– Он?

Я киваю.

– Я его пришибу!

– Не надо, – устало отмахиваюсь я. – Его уже помяли. Без твоей помощи.

Я утыкаюсь в твое плечо и реву. Ты гладишь мои волосы и только приговариваешь:

– Ничего, ничего, все будет хорошо… Все будет хорошо…

– У кого хорошо? – Всхлипываю я.

– У нас. – Ты крепко-крепко обнимаешь меня, потом приподнимаешь пальцами мой подбородок и нежно касаешься губами лба.

– Целоваться не смогу. Губы разбиты…

– Я вижу, – отвечаешь ты и смотришь на меня с такой нежностью и страстью, что я сама не отдавая отчет в том, что делаю, начинаю расстегивать твою рубашку.

Твоя рука – не просто теплая, а безумно горячая – скользит по моей груди.

– Это безумие какое-то, – бормочешь ты, опускаясь передо мной на колени. Мой халат обреченной птицей летит на пол, и я позволяю твоему языку играть со мной, снова и снова сходя с ума…

Только языку…

Только…

Оргазм бьет меня, как электрический ток. Ты поднимаешься на ноги и снова обнимаешь меня.

– Я хочу тебя, – тихо шепчу я.

– А как тебя хочу я! – Улыбаешься ты. – Но не сейчас.

– Не сейчас, – эхом откликаюсь я, понимая, что в этот момент тебе глубоко безразлично и мое разбитое лицо, и вообще весь мир. И желаешь ты меня просто безумно. Прижимаясь к тебе, я чувствую твое возбуждение. Но ты хочешь, чтобы все было красиво. Все.

– Я люблю тебя, милая моя девочка…

– И я тебя.

… От телефонного звонка я вздрагиваю. Поднимаю трубку и слышу испуганный голос экс-ухажера:

– Прости, я сам не знаю, что на меня нашло. Прости меня, пожалуйста, прости!

Коротко послав его по известному адресу, я собираюсь дать отбой, но ты перехватываешь трубку. Столько концентрированной злости в твоих глазах я даже представить не могла. Ты роняешь слова, словно металлические осколки.