Летом, когда другие изнемогают от нещадного зноя, она, как всегда, невозмутима. Казалось, даже не знает, что такое испарина и одышка, и относится к редкой породе людей, у которых никогда ничего не валится из рук и которые в любой ситуации ведут себя одинаково ровно. Зато он нередко видел ее, веселящуюся со своими детьми. Дочка просто куколка, да и сынок славный малый. Такая уж это семья. Но, по мнению Чарли, муж такой женщины мог бы быть менее сдержанным... С другой стороны, разве угадаешь, что делает людей счастливыми? Словом, загляденье, а не семья! Он предположил, что мистер Уолкер вернулся из очередной поездки: недаром она купила две порции картошки и мяса.

– Передали, что завтра будет еще жарче, – предупредил он, укладывая ее покупки в пакет и заметив, как миссис Уолкер покосилась на «Энквайер» и неодобрительно нахмурилась.

На первой странице красовалась знаменитая певица Таня Томас. Надпись гласила: «ТАНЕ ПРЕДСТОИТ НОВЫЙ РАЗВОД, БРАК ТРЕЩИТ ПО ШВАМ ИЗ-ЗА ЕЕ СВЯЗИ С ИНСТРУКТОРОМ». Здесь же были напечатаны ужасные фотографии самой певицы, а также снимок, изображающий мускулистого инструктора в майке, еще один – ее теперешний муж, спасающийся от журналистов и закрывающий от камер лицо у входа в ночной клуб.

Чарли тоже взглянул на них и пожал плечами:

– На то и Голливуд! Они там все спят с кем попало. Непонятно, зачем им вообще жениться?.. ~ Сам он прожил со своей женой тридцать девять лет, и голливудские причуды казались ему из ряда вон выходящими.

– Не надо верить всему, что пишут, – строго молвила Мэри Стюарт. В ее ласковых карих глазах читалось беспокойство.

Он в ответ улыбнулся:

– Больно вы ко всем добры, миссис Уолкер! Уверяю вас, они там совсем не такие, как мы.

Уж он-то знал эту породу! Некоторые киношные знаменитости являлись его многолетними клиентами и вечно приходили с новыми спутниками или спутницами. С ними не соскучишься! Между этой публикой и Мэри Стюарт Уолкер нет ничего общего. Он не сомневался, что ей вообще невдомек, о чем он толкует.