Алекса оперлась плечом на гипсовую копию римской колонны, что стояла позади.

- Что значит "погиб"?

- Давайте не будем, Алекса. В таком деликатном деле, как эта коллекция, мы не имеем права рисковать. По общему мнению, Траск из тех людей, которых прежде всего интересует, чтобы его затраты оправдывались. У меня отличная репутация, именно поэтому я стал консультантом по формированию художественной коллекции для нового курортного отеля в Авалоне. Траск одобрил мое назначение. Если до него дойдет слух, что со мной работаете вы, это может ему очень сильно не понравиться.

- Как жаль.

Эдвард чуть приподнялся на носках бежевых туфель и зафиксировал на Алексе свой грустный взгляд.

- И что более существенно, он скорее всего меня уволит и мы оба потеряем наши комиссионные. Алекса сжала губы.

- Ну, для меня это не самое важное.

- Для вас, возможно, и нет. А вот для меня... - Эдвард умоляюще посмотрел на нее. - Может быть, по поводу "Танцующего сатира" вы все-таки ошибаетесь?

Алекса усмехнулась:

- Посмотрите на эту работу сами. Только внимательно.

- Вы думаете, я не смотрел на нее, когда покупал у Форсайта? И представьте себе, не увидел ничего подозрительного. - Эдвард посмотрел на статую. - Замечательный сатир. Великолепный пример французского влияния на американскую скульптуру стиля ар-деко <Декоративный стиль 20-30-х годов XX в., отличающийся яркими красками и геометрическими формами.>.

- В том-то все и дело, - мягко произнесла Алекса. - Сатир немножко лучше, чем должен быть.

Эдвард мрачно прищурился.

- Я что-то не понял.

Она недовольно махнула рукой в сторону скульптуры:

- Посмотрите на мастерство, с каким выполнены волосы. На эти переплетения. А положение рук - какое дивное равновесие, какое чувство пропорциональности. Энергия, с какой поставлены его ноги, или как там они у сатира называются. Кажется, копыта? А какое земное выражение у его лица.