— Как посмел? Да очень просто. Возможно, мои слова показались вам эксцентричными, но я хочу оградить моего несмышленыша-брата от жизненных разочарований. Как иначе я мог поступить, когда узнал, что он намерен жениться на девице, которую едва знает, к тому же на несколько лет старше него...

— Всего на три года,— перебила Элен.— И что в этом особенного? Множество мужчин женятся на женщинах старше себя и при этом вполне счастливы.

— Разве?— с издевкой переспросил он.— Не хотите ли вы сказать, что множество женщин счастливо выходят замуж за зеленых студентов? Или только за тех, кто наследует огромное состояние? Может быть, именно этот незначительный факт привлекает их внимание, а к замужеству побуждают более меркантильные чувства, чем любовь? Или я не прав, Элен?

Девушка зябко поежилась. В его устах ее имя прозвучало протяжно, словно чужое. Он перекатывал каждый звук во рту, мял языком, как податливый шарик. Странное сочетание чувственности и

презрения.

— Я не намерена выслушивать эту чушь,— резко ответила она, зная, однако, что не сдвинется с места. Ноги ее будто приросли к ковру под холодным взглядом Николаса.

— Но ты не уйдешь,— медленно и тихо проговорил он,— ты выслушаешь меня до конца.

Он медленно перевел взгляд на ее грудь, опустил его ниже, дюйм за дюймом исследуя тело. Как бы ни коробил девушку этот бесстыдный осмотр, удерживаемая непонятной силой его взгляда, она не могла шевельнуться.

Элен испытала нечто вроде странной смеси боли и острого наслаждения, чувствуя, как тяжелеют под его взглядом груди. Девушка видела, как искривился в усмешке его рот, когда он заметил набухшие под тонкой тканью платья соски, и чувствовала себя последним ничтожеством.

Палмерс кивнул, будто подтверждая только ему известные подозрения.