Послушайте, мадам, его вот-вот вырвет прямо на ваше парадное крыльцо, так что решайте поскорее! — прорычал великан.

Сара не могла захлопнуть дверь перед этим больным личиком, этими пристыженными глазами. Никак не могла. Хотя хотела бы найти в себе силы. У нее не было ни малейшего желания пускать в свой дом этого мужчину и его сына.

Хорошо. Ванная вон там, — указала Сара битой, чтобы этот бесцеремонный тип заметил ее сейчас, если не обратил внимании раньше. Сама она осталась у открытой двери, чтобы, в крайнем случае, успеть удрать в темноту и спрятаться.

Мужчина посмотрел так, будто прочитал ее мысли. Снова в его ясных карих глазах мелькнула тень удовлетворения и еще чего-то.

Пошли, Николас, — сказал он, и они направились к темной двери, указанной Сарой.

Молодая женщина откашлялась, злясь на себя, что пустила их в дом.

Выключатель справа.

Из полуоткрытой двери ванной в гостиную хлынул свет. Она не могла разобрать их шепот, и это дразнило и мучило ее.

Но она не желала ничего знать о них: ни об этом странном ребенке, ни о его чересчур сердитом отце, на которого он даже не был похож. Переложив биту в другую руку, Сара удивилась, отчего они возятся так долго. Неужели маленький мужчина не может управиться со своими делами побыстрее? В конце концов, мужчины лучше женщин приспособлены для этого.

Послышался шум спускаемой в унитазе воды. Низкий голос что-то пробормотал, затем полилась вода в раковину. Снова бормотание и бульканье воды.

Порядок, Николас. Выключаем свет.

Выключатель громко щелкнул в тишине комнаты.

Они вышли, мальчик тер глаза, а мужчина смотрел на Сару с явной враждебностью.

Теперь молодая женщина видела, что ночные пришельцы усталые, а не грязные. Глаза у ребенка покраснели от изнеможения. Мужчина был в чуть лучшем состоянии, хотя безжалостный свет не помогал ему выглядеть менее угрожающе. Он возвышался перед ней, пугая еще больше, чем в темноте.