Столик, который занимал Хармен со своим спутником, уже опустел, а вокруг не было никаких следов присутствия предмета ее отвращения.

Решив наконец покинуть укрытие, Бэл со всего маху врезалась в высокую мускулистую фигуру и отшатнулась назад. Тонкие пальцы схватили ее за плечи, помогая восстановить равновесие. В следующий миг она поняла, что смотрит в обрамленные густыми ресницами глаза дымчатого цвета, и почему-то затаила дыхание. Убеждая себя, что это всего лишь из-за неожиданного столкновения, она пробормотала:

– П-простите.

Он ничего не ответил, но в пристально разглядывавших ее дымчатых глазах заполыхал огонек. Затем глаза затуманились и губы прикоснулись к ее рту. В ужасе глубоко вздохнув, она высвободилась и, не оборачиваясь, поспешила продолжить прерванный путь.

Стороннему наблюдателю они вполне могли показаться влюбленной парочкой.

Твердо решив выбросить из головы этот маленький инцидент, Бэл направилась в Гайд-парк, где желтеющие деревья и жухлая трава позднего лета загорали под палящими лучами солнца.

Офисы компании «Грант и Филе косметике» располагались в тихом тупике недалеко от парка и занимали элегантное строение эпохи Георгов.

– Вы как раз вовремя, – поприветствовала Бэл молоденькая секретарша. – Остальные уже собрались в конференц-зале.

– Спасибо, Рози. – Бэл улыбнулась девушке и, пройдя в зал, плюхнулась на стул.

Хармен уже сидел в своем углу и, страдая из-за жары, вытирал красное потное лицо шелковым носовым платком, подобранным в тон пестрому галстуку.

Петер Грант, отец Бэл, приятный седовласый мужчина, занимал место во главе стола. Его обычно жизнерадостное лицо сегодня было серьезно и сосредоточенно. Петер встал, чтобы поприветствовать собравшихся на экстренное заседание директоров.

– Похоже, мы оказались в потенциально опасной ситуации. Кто-то уже скупил исподтишка немалое количество акций у частных владельцев и, очевидно, замахнулся на большее. Кто бы это ни был, создается впечатление, что он действует с умыслом. Не исключено, что это попытка захвата компании.